Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

кто я такой

Меня зовут Денис Ахалашвили, и я православный человек. Это самое замечательное, что со мной произошло. В жизни меня интересуют две вещи – это отношения с Господом Иисусом Христом и отношения с людьми. Христу я поклоняюсь, людей стараюсь любить и уважать. Обычно делаю для них успешную рекламу, выигрываю выборы, и продвигаю их бизнес. Всем остальным бескорыстно помогаю. В своей профессиональной деятельности успешно занимаюсь журналистикой, политтехнологией, рекламой и брэндингом. Когда-то создал православную молодежную газету «Покров». Сейчас свой клуб журналистики.
В духовной жизни я росомаха, маленький злобный мишка. Большинство врагов намного сильнее меня. На то они и враги, чтобы быть большими и страшными. Меня можно напугать, можно избить, можно избить до полусмерти. Но это не имеет особого значения. Потом я все равно встану, и снова дам в зубы. Когда я со Христом, совершенно перестаю бояться боли, становлюсь бесстрашным, могу бегать по снегу и не проваливаться. Бой на 90 раундов или пока один не упадет – это для меня. Я всегда за искренность. Драться так драться, любить так любить. И тому и другому отдаюсь целиком, без остатка.
О том, кто я такой, можно судить по статьям:
Чудо на Покров den-axa.livejournal.com
Почему в Православной Церкви столько уродов den-axa.livejournal.com
Посмотреть святым в глаза den-axa.livejournal.com
Православный героин den-axa.livejournal.com
Фото на память den-axa.livejournal.com
Крутая рекламная кампания, которой не было den-axa.livejournal.com
Школа den-axa.livejournal.com
Каждому свое den-axa.livejournal.com
О православном сексе den-axa.livejournal.com
Почему столько недовольных программой 200 храмов den-axa.livejournal.com
На войне как на войне den-axa.livejournal.com
Как оказаться на крыше главного храма мира den-axa.livejournal.com
Как написать хорошую статью den-axa.livejournal.com
Хватит быть потерпевшим den-axa.livejournal.com
Либералам и всем осуждающим Русскую Православную Церковь den-axa.livejournal.com
А также «Бей акулу в нос», «Возрождение», «Всем, кто работает на Владимира Путина, и даже об этом не догадывается», «Наркотическая революция и идеальное общество потребления», «Клизма от равнодушия», «В защиту Михаила Саакашвили» и многие другие.
В этом блоге только мои собственные статьи. Если я вас не комментирую, это не значит, что я вас не читаю. Я каждый день работаю с большим объемом информации, и читать блоги для меня удовольствие. Чаще комментирую, когда не согласен с автором или статья мне понравилась. Тогда просто пишу: хорошо! или здорово! или красиво! Обычно умным людям этого хватает.
Если вы захотите со мной дружить, то, скорее всего, я соглашусь. Я отказываю в дружбе только врагам Русской Православной Церкви, врагам моей Родине России и геям. С ними у меня дружбы не будет. Всем остальным – милости просим.

На день жен-мироносиц

Сегодняшний праздник – апофеоз женской логики и ее торжество над прагматичным мужским разумом. Учитель распят, апостолы разбежались, тело Учителя сокрыто во гробе, который закрыт огромным камнем, возле которого выставлена вооруженная стража. Что сделали бы мужчины, окажись в подобной ситуации? Пошли бы за товарищами и оружием, чтобы перебить вооруженную стражу. И бульдозер бы с собой прихватили, чтобы отвалить огромный камень от гроба. Но мужчины разбежались, а самые обычные слабые женщины просто знали – им надо помазать тело любимого Учителя драгоценным миром. Остальное подробности. Они шли и рассуждали между собой: «Кто же нам отвалит камень от гроба?» И не находя ответа, просто верили, что все как-то само собой разрешится. Любой мужчина, окажись в их компании, устав взывать к их разуму, сошел бы с ума. А они просто ВЕРИЛИ и шли. И когда пришли, стража оказалась спящей, камень отвален, а на гробе сидел ангел и сказал, чтобы они шли к апостолам и возвестили, что Учитель воскрес. И эта самая главная новость нашей веры была куплена непоколебимой женской верой, которая оказалась больше всей мужской логики и мудрости в мире…

Братья

(без названия)

Илья и Денис – родные братья. Илья ходит в садик, а Денису скоро одиннадцать. Он нарвал на огороде гороха и теперь ест его на веранде. Маленький Илья прибежал к нему и просит угостить. Денис отделил от гороховой кучи кучку поменьше и пододвинул брату. Вкусный горох Илья съел за пять минут, и хочет еще. Дай, дай мне гороха!  - пританцовывая от нетерпения, просит Илья, заглядывая брату в глаза. Тот показывает глазами на окно, что выходит прямо на грядки, где растет горох. Илья убегает, но быстро возвращается. А там больше ничего нет, растерянно сообщает он, - ты все сорвал. Надо подождать, пока вырастет,- разводит руками Денис. Илья смотрит на горох на столе, и ждать не согласен. А что ты дашь мне взамен? – спрашивает коварный Денис. А что тебе нужно? - наивный Илья готов отдать за горох все свои богатства. Давай мне свой танк, - Денис знает, что просить. Этот танк Илье недавно купили, это его любимая игрушка. Но чего не сделаешь, ради гороха? Илья быстро убегает в свою комнату и проносит танк.
Когда на столе остается только горсть пустых стручков, ему становится скучно. Илья смотрит, как старший катает по полу его танк и тоже хочет играть. Но Денис делиться не собирается. С какой стати? Он его честно выменял. Илья просит. Уговаривает. Обещает отдать взамен что-нибудь замечательное. Ну, хочешь, хочешь, я тебе что-нибудь такое подарю!- делает он большие круглые глаза и разводит руками. Конечно, Денис не хочет. Илья бежит к маме. Но вместо того, чтобы забрать у Дениса танк, мама спокойно говорит: Ты же сам ему отдал. Сам теперь договаривайся! А как договариваться, когда он вон какой большой и сильный, и ничего отдавать не собирается?
Когда до Ильи доходит весь ужас произошедшего, он начал громко реветь. Теперь у него нет ни танка, ни гороха, и горе его безутешно. Когда реветь сил не осталось, Илья кричит: Я тебя больше не люблю! Не люблю тебя! Совсем не люблю! От этих слов даже кот убегает на улицу. До этого безучастный Денис, как ударенный током, бросает танк и поворачивается к младшему брату. Но Илья не хочет смотреть ему в глаза, отворачивается к стене и плачет. Да нужен мне твой танк, забери, плакса! – говорит Денис и толкает игрушку брату. Но тот даже не взглянув на танк, убегает к себе в комнату. Денис идет за ним. Маленький Илья свернулся в углу кровати, и только плечи вздрагивают от беззвучного плача. Денис стоит, смотрит на плачущего брата, а потом неожиданно произносит:  Ну, перестать плакать! Хочешь, я отдам тебе свой планшет? Планшет – это его главное сокровище, к которому маленькому Илье строго-настрого запрещено притрагиваться. Даже родители спрашивают у него разрешения, чтобы почитать свои книжки. Денис идет к себе в комнату и возвращается с планшетом. Бери, теперь он твой,- решительно говорит он, оставляя блестящее сокровище на столе.
Через какое-то время Илья появляется в комнате старшего брата и протягивает ему планшет. Обнимает его за шею и спрашивает: Посмотришь со мной мультики?

Пока мы помним – они будут с нами



Пасхальная неделя. Христос Воскрес! Воистину Воскрес! Мы с отцом Максимом, насельником Свято-Пафнутьева монастыря, едем в Обнинск, в лицей «Держава».
После этих слов бывалый читатель откладывает статью, потому что дальше он и так все знает: православные приедут к детям, начнут их агитировать за религию, приторно улыбаться и пудрить мозги. Ошибаетесь. Сегодня в лицее «Держава» по инициативе отца Максима при активном и деятельном участии солдат Балабановского подразделения Ракетных войск стратегического назначения и старшеклассников лицея в актовом зале пройдет для школьников города большой концерт памяти 6-й парашютно-десантной роты Псковской дивизии, героически защищавших высоту 776 от вооруженных до зубов банд Хаттаба. Когда я узнал о готовящемся концерте, то немедленно согласился. Слишком уж это отличалось от церковных мероприятий, которые мне обычно доводилось посещать.

Collapse )

Глава Украинской церкви Филарет благословил братоубийственную войну



Активно вмешивающийся в политику самопровозглашенный патриарх так называемой Украинской Православной Церкви Филарет (Денисенко) благословил национальную армию убивать не согласных с политикой новых властей Украины на Юго-Востоке страны.
Об этом он прямо сказал в интервью журналистам 5 канала. «Гражданин любого государства должен защищать свою Родину. Надо ли нам или не надо защищать? Или поднимать руки? Конечно, мы должны защищать свою землю. И церковь благословляет защищать свою Родину. И призывает к этому нашу власть, чтобы она была более решительной. Потому что время уже пришло, когда нам надо показать свою силу и свои возможности», — заявил Филарет. Тех, кого Киев считает сепаратистами и предателями за то, что они осмеливаются открыто заявлять о своем несогласии и которых лжеиерарх называет «русскоязычными оккупантами» и призывает уничтожать всеми доступными средствами.
Отвечая на вопрос, поддерживает ли церковь защиту страны с помощью оружия, глава УПЦ КП прямо сказал: «Защищают разными средствами. Мы защищались дипломатическим путем, обращались к гарантам нашей неприкосновенности — к США, Великобритании. Они были и есть гарантами целостности нашего государства. Потому что мы единственная страна в мире, которая добровольно отдала все свое ядерное оружие…. Но сейчас пришло время защищаться иными способами».

Солдаты ракетных войск стратегического назначения в монастыре



На Пасху в Пафнутьев Боровском монастыре всегда много гостей. И им всегда рады. Солдат Балабановского подразделения Ракетных войск стратегического назначения принимали как родных. И не только потому, что они приехали в монастырь не туристами с фотоаппаратами наперевес, а как нормальные православные люди, которые тоже любят золотые купола и красивые фрески, но приходят в монастырь не ради них, а к Богу. И в этом принципиальная разница. Монастырь – это не музей и парк благочестивых развлечений. Это место молитвы и покаяния. Место, где земное забывают ради небесного и где человек может остаться один на один с Богом.
Солдаты РВСН ходили на праздничную службу, где некоторые исповедовались, слушали монашеский хор и приобщались радости Воскресения Христова. А потом братия монастыря пригласила их на праздничный обед. А после в храм Рождества Христова, где наместник монастыря, архимандрит Серафим, говорил отцам и солдатам слово о Христе Воскресшем и пасхальной радости, которой мы, христиане, причастны в этой жизни и в будущем. Потому что с нами Бог и милость Его.
Солдаты внимательно слушали отца-настоятеля, стояли как по струнке и выглядели взволнованными. Было видно, что к такому они не привыкли. И никто к этому не привык. Они прекрасно понимали, что на такие встречи чужих не приглашают. А их пригласили. Значит они не чужие.



Отец-настоятель христосовался с братией и дарил подарки. А потом христосовался с солдатами и дарил подарки им. Удивительная и трогательная картина, иллюстрирующая Пасху: все вместе, все братья, и все радуются Христу Воскресшему. Здесь в храме Рождества Христова стояли не просто какие-то монахи и какие-то солдаты. Стояло непобедимое воинство Христово, сильное духом и крепкое традициями. Одни ведут духовную брань. Другие защищают военные рубежи. И те, и другие служат своей стране и своему народу. Каждый на своем месте и каждый не жалея живота своего. И пока с нами Бог нас не победить. Нас можно растоптать. Нас можно загнать в угол и даже убить. Но победить никогда.

.

Храм, где учили водолазов, вернулся верующим

Уникальный храм  в Санкт-Петербурге, построенный в византийском стиле и заложенный самим Иоанном Кронштадтским, наконец-то вернулся верующим.

Заложенный на «Галерной гавани» Васильевского острова в 1889 году по заказу Морского ведомства храм в честь иконы Божией Матери «Милующая», был торжественно освящен 25 октября 1898 года епископом Ямбургский Вениамином и святым праведным Иоанном Кронштадтским. Его возвели в память о коронации Александра III, который самолично передал на строительство 25 тыс. рублей. Часть денег на строительство храма внесли моряки, которые считали его главной морской церковью Санкт Петербурга.
В 1932 года  храм закрыли, утварь разграбили, а само здание передали в  распоряжении Учебного отряда подводного плавания. С того времени здесь располагался учебно-тренажерный комплекс, предназначенный для подготовки экипажей подводных лодок и военных водолазов. Посереди храма была установлена специальная труба, где водолазы обучались погружению, а в алтаре находился бассейн. Сегодня министерства обороны России вновь вернуло храм верующим. Несмотря на сильные разрушения от воды здесь уже совершаются богослужения и молебны, в том числе за силу российского оружия и процветание российского военно-морского флота.

Честь русского офицера


на фото: офицеры царской армии

Россия, август 1914 года, начало Первой мировой войны. Расквартированный на Дальнем Востоке полк получает приказ о переброске на Западный фронт. Одновременно с этим в расположение полка является Николай Николаевич Бобров, мещанин. Он просит, чтобы его записали в полк вольноопределяющимся, и его просьба удовлетворена. Во время продвижения полка Бобров помогает командирам в погрузке орудий и личного состава, чем завоевывает всеобщее расположение.
По прибытии на Западный фронт Бобров принимает участие во всех боях, в которых задействован полк. В одном из них он получает ранение, но продолжает сражаться; в другом — заменяет погибшего командира. Бобров последовательно награжден тремя солдатскими Георгиевскими крестами и вскоре произведен в офицеры.
В начале 1917 года Бобров является к своему ротному командиру и признается, что он не тот человек, за кого себя выдает. На самом деле он — числящийся в безвестной отлучке командир отдельного Сибирского артиллерийского дивизиона полковник Николай Николаевич Бобров, кавалер орденов Святого Станислава III степени, Святой Анны II степени и Святого Владимира с мечами и бантами.
Выясняется, что Бобров был героем русско-японской войны 1904-1905 годов и совершил множество подвигов, за которые был удостоен перечисленных наград. По окончании войны Бобров был назначен командиром отдельного артиллерийского дивизиона, но много и рискованно играл в карты и в один день проиграл всю полковую кассу. Опасаясь ареста, полковник бежал вместе с семьей в Канаду, где стал преуспевающим фермером, глубоко интегрированным в канадскую жизнь. Когда началась Первая мировая, он не смог усидеть на месте и тайно вернулся в Россию, чтобы воевать за царя и отечество. Понимая, что ему следует быть осторожным, Бобров скрыл свою истинную биографию, но накануне революции решил признаться командиру.
Все показания Боброва, а также фотографию и рекомендательное письмо, написанное православным священником из Канады, ротный командир прикладывает к рапорту. Судя по всему, он сочувствует Боброву, однако того ждет военно-полевой суд. Впрочем, дальнейшая судьба Боброва и его командира неизвестна: на дворе февраль 1917 года, канун революции.

статья не моя, а одного из моих друзей, чей адрес, я, к сожалению, не сохранил

Русский солдат глазами немцев

Из книги английского историка Роберт Кершоу  «1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо железных»



Вечер 21 июня
Вспоминает унтер-офицер Гельмут Колаковски: «Поздним вечером наш взвод собрали в сараях и объявили: «Завтра нам предстоит вступить в битву с мировым большевизмом». Лично я был просто поражен, это было как снег на голову, а как же пакт о ненападении между Германией и Россией? Я все время вспоминал тот выпуск «Дойче вохеншау», который видел дома и в котором сообщалось о заключенном договоре. Я не мог и представить, как это мы пойдем войной на Советский Союз». Приказ фюрера вызвал удивление и недоумение рядового состава. «Можно сказать, мы были огорошены услышанным, – признавался Лотар Фромм, офицер-корректировщик. – Мы все, я подчеркиваю это, были изумлены и никак не готовы к подобному». Но недоумение тут же сменилось облегчением избавления от непонятного и томительного ожидания на восточных границах Германии. Опытные солдаты, захватившие уже почти всю Европу, принялись обсуждать, когда закончится кампания против СССР. Слова Бенно Цайзера, тогда еще учившегося на военного водителя, отражают общие настроения: «Все это кончится через каких-нибудь три недели, нам было сказано, другие были осторожнее в прогнозах – они считали, что через 2–3 месяца. Нашелся один, кто считал, что это продлится целый год, но мы его на смех подняли: «А сколько потребовалось, чтобы разделаться с поляками? А с Францией? Ты что, забыл?»
Но не все были столь оптимистичны. Эрих Менде, обер-лейтенант из 8-й силезской пехотной дивизии, вспоминает разговор со своим начальником, состоявшийся в эти последние мирные минуты. «Мой командир был в два раза старше меня, и ему уже приходилось сражаться с русскими под Нарвой в 1917 году, когда он был в звании лейтенанта. «Здесь, на этих бескрайних просторах, мы найдем свою смерть, как Наполеон», - не скрывал он пессимизма... Менде, запомните этот час, он знаменует конец прежней Германии».
В 3 часа 15 минут передовые немецкие части перешли границу СССР. Артиллерист противотанкового орудия Иоганн Данцер вспоминает: «В самый первый день, едва только мы пошли в атаку, как один из наших застрелился из своего же оружия. Зажав винтовку между колен, он вставил ствол в рот и надавил на спуск. Так для него окончилась война и все связанные с ней ужасы».

22 июня, Брест
Захват Брестской крепости был поручен 45-й пехотной дивизии вермахта, насчитывавшей 17 тысяч человек личного состава. Гарнизон крепости - порядка 8 тысяч. В первые часы боя посыпались доклады об успешном продвижении немецких войск и сообщения о захвате мостов и сооружений крепости. В 4 часа 42 минуты «было взято 50 человек пленных, все в одном белье, их война застала в койках». Но уже к 10:50 тон боевых документов изменился: «Бой за овладение крепостью ожесточенный - многочисленные потери». Уже погибло 2 командира батальона, 1 командир роты, командир одного из полков получил серьезное ранение.
«Вскоре, где-то между 5.30 и 7.30 утра, стало окончательно ясно, что русские отчаянно сражаются в тылу наших передовых частей. Их пехота при поддержке 35–40 танков и бронемашин, оказавшихся на территории крепости, образовала несколько очагов обороны. Вражеские снайперы вели прицельный огонь из-за деревьев, с крыш и подвалов, что вызвало большие потери среди офицеров и младших командиров».
«Там, где русских удалось выбить или выкурить, вскоре появлялись новые силы. Они вылезали из подвалов, домов, из канализационных труб и других временных укрытий, вели прицельный огонь, и наши потери непрерывно росли».
 Сводка Верховного командования вермахта (ОКВ) за 22 июня сообщала: «Создается впечатление, что противник после первоначального замешательства начинает оказывать все более упорное сопротивление». С этим согласен и начальник штаба ОКВ Гальдер: «После первоначального «столбняка», вызванного внезапностью нападения, противник перешел к активным действиям».
Для солдат 45-й дивизии вермахта начало войны оказалось совсем безрадостным: 21 офицер и 290 унтер-офицеров (сержантов), не считая солдат, погибли в ее первый же день. За первые сутки боев в России дивизия потеряла почти столько же солдат и офицеров, сколько за все шесть недель французской кампании.

«Котлы»


"Сталинградская Мадонна", рисунок полкового врача Курта Ройбера в последний день Сталинградской битвы

 Самыми успешными действиями войск вермахта были операцию по окружению и разгрому советских дивизий в «котлах» 1941-го года. В самых крупных из них – Киевском, Минском, Вяземском – советские войска потеряли сотни тысяч солдат и офицеров. Но какую цену за это заплатил вермахт?
Генерал Гюнтер Блюментритт, начальник штаба 4-й армии: «Поведение русских даже в первом бою разительно отличалось от поведения поляков и союзников, потерпевших поражение на Западном фронте. Даже оказавшись в кольце окружения, русские стойко оборонялись».
Роберт Кершоу пишет: «Опыт польской и западной кампаний подсказывал, что успех стратегии блицкрига заключается в получении преимуществ более искусным маневрированием. Даже если оставить за скобками ресурсы, боевой дух и воля к сопротивлению противника неизбежно будут сломлены под напором громадных и бессмысленных потерь. Отсюда логически вытекает массовая сдача в плен оказавшихся в окружении деморализованных солдат. В России же эти «азбучные» истины оказались поставлены с ног на голову отчаянным, доходившим порой до фанатизма сопротивлением русских в, казалось, безнадежнейших ситуациях. Вот поэтому половина наступательного потенциала немцев и ушла не на продвижение к поставленной цели, а на закрепление уже имевшихся успехов».
Командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Федор фон Бок, в ходе операции по уничтожению советских войск в Смоленском «котле» писал об их попытках вырваться из окружения: «Весьма значимый успех для получившего такой сокрушительный удар противника!». Кольцо окружения не было сплошным. Два дня спустя фон Бок сокрушался: «До сих пор не удалось заделать брешь на восточном участке Смоленского котла». Той ночью из окружения сумели выйти примерно 5 советских дивизий. Еще три дивизии прорвались на следующий день.
Об уровне немецких потерь свидетельствует сообщение штаба 7-й танковой дивизии, что в строю осталось всего 118 танков. 166 машин было подбито (хотя 96 подлежали ремонту). 2-я рота 1-го батальона полка «Великая Германия» всего за 5 дней боев на удержание линии Смоленского «котла» потеряла 40 человек при штатной численности роты в 176 солдат и офицеров.
Постепенно менялось и восприятие войны с Советским союзом у рядовых немецких солдат. Безудержный оптимизм первых дней боев сменился осознанием того, что «что-то идет не так». Потом пришли безразличие и апатия. Мнение одного из немецких офицеров: «Эти огромные расстояния пугают и деморализуют солдат. Равнины, равнины, конца им нет и не будет. Именно это и сводит с ума».
Постоянное беспокойство доставляли войскам и действия партизан, число которых росло по мере уничтожения «котлов». Если поначалу их количество и активность были ничтожны, то после окончания боев в киевском «котле» число партизан на участке группы армий «Юг» значительно возросло. На участке группы армий «Центр» они взяли под контроль 45% захваченных немцами территорий (о действиях партизан можно прочитать здесь).
Кампания, затянувшаяся долгим уничтожением окруженных советских войск, вызывала все больше ассоциаций с армией Наполеона и страхов перед русской зимой. Один из солдат группы армий «Центр» 20 августа сетовал: «Потери жуткие, не сравнить с теми, что были во Франции». Его рота, начиная с 23 июля, участвовала в боях за «танковую автостраду № 1». «Сегодня дорога наша, завтра ее забирают русские, потом снова мы, и так далее». Победа уже не казалась столь недалекой. Напротив, отчаянное сопротивление противника подрывало боевой дух, внушало отнюдь не оптимистические мысли. «Никого еще не видел злее этих русских. Настоящие цепные псы! Никогда не знаешь, что от них ожидать. И откуда у них только берутся танки и все остальное?!»
За первые месяцы кампании была серьезно подорвана боеспособность танковых частей группы армий «Центр». К сентябрю 41-го 30% танков были уничтожены, а 23% машин находились в ремонте. Почти половина всех танковых дивизий, предусмотренных для участия в операции «Тайфун», располагали лишь третью от первоначального числа боеготовых машин. К 15 сентября 1941 года группа армий «Центр» располагала в общей сложности 1346 боеготовыми танками, в то время как на начало кампании в России эта цифра составляла 2609 единиц.
Потери личного состава были не менее тяжелыми. К началу наступления на Москву немецкие части лишились примерно трети офицерского состава. Общие потери в живой силе к этому моменту достигли примерно полумиллиона человек, что эквивалентно потере 30 дивизий. Если же учесть, что только 64% от общего состава пехотной дивизии, то есть 10840 человек, являлись непосредственно «бойцами», а остальные 36% приходились на тыловые и вспомогательные службы, то станет ясно, что боеспособность немецких войск снизилась еще сильнее.
Так ситуацию на Восточном фронте оценил один из немецких солдат: «Россия, отсюда приходят только дурные вести, и мы до сих пор ничего не знаем о тебе. А ты тем временем поглощаешь нас, растворяя в своих неприветливых вязких просторах».

О русских солдатах

Русский солдат дает прикурить немецким военнопленным

Первоначальное представление о населении России определялось немецкой идеологией того времени, которая считала славян «недочеловеками». Однако опыт первых боев внес в эти представления свои коррективы.
Генерал-майор Гофман фон Вальдау, начальник штаба командования люфтваффе через 9 дней после начала войны писал в своем дневнике: «Качественный уровень советских летчиков куда выше ожидаемого… Ожесточенное сопротивление, его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным предположениям». Подтверждением этого стали первые воздушные тараны. Кершоу приводит слова одного полковника люфтваффе: «Советские пилоты – фаталисты, они сражаются до конца без какой-либо надежды на победу и даже на выживание, ведомые либо собственным фанатизмом, либо страхом перед дожидающимися их на земле комиссарами». Стоит заметить, что в первый день войны с Советским Союзом люфтваффе потеряли до 300 самолетов. Никогда до этого ВВС Германии не несли таких больших единовременных потерь.
В Германии радио кричало о том, что снаряды «немецких танков не только поджигают, но и насквозь прошивают русские машины». Но солдаты рассказывали друг другу о русских танках, которые невозможно было пробить даже выстрелами в упор – снаряды рикошетили от брони. Лейтенант Гельмут Ритген из 6-й танковой дивизии признавался, что в столкновении с новыми и неизвестными танками русских: «…в корне изменилось само понятие ведения танковой войны, машины КВ ознаменовали совершенно иной уровень вооружений, бронезащиты и веса танков. Немецкие танки вмиг перешли в разряд исключительно противопехотного оружия…» Танкист 12-й танковой дивизии Ганс Беккер: «На Восточном фронте мне повстречались люди, которых можно назвать особой расой. Уже первая атака обернулась сражением не на жизнь, а на смерть».
Артиллерист противотанкового орудия вспоминает о том, какое неизгладимое впечатление на него и его товарищей произвело отчаянное сопротивление русских в первые часы войны: «Во время атаки мы наткнулись на легкий русский танк Т-26, мы тут же его щелкнули прямо из 37-миллиметровки. Когда мы стали приближаться, из люка башни высунулся по пояс русский и открыл по нам стрельбу из пистолета. Вскоре выяснилось, что он был без ног, их ему оторвало, когда танк был подбит. И, невзирая на это, он палил по нам из пистолета!»
Автор книги приводит слова офицера, служившего в танковом подразделении на участке группы армий «Центр», который поделился своим мнением с военным корреспондентом Курицио Малапарте: «Мы почти не брали пленных, потому что русские всегда дрались до последнего солдата. Они не сдавались. Их закалку с нашей не сравнить…»
Гнетущее впечатление на наступающие войска производили и такие эпизоды: после успешного прорыва приграничной обороны, 3-й батальон 18-го пехотного полка группы армий «Центр», насчитывавший 800 человек, был обстрелян подразделением из 5 солдат. «Я не ожидал ничего подобного, – признавался командир батальона майор Нойхоф своему батальонному врачу. – Это же чистейшее самоубийство атаковать силы батальона пятеркой бойцов».
В середине ноября 1941-го года один пехотный офицер 7-й танковой дивизии, когда его подразделение ворвалось на обороняемые русскими позиции в деревне у реки Лама, описывал сопротивление красноармейцев. «В такое просто не поверишь, пока своими глазами не увидишь. Солдаты Красной Армии, даже заживо сгорая, продолжали стрелять из полыхавших домов».

Зима 41-го


В немецких войсках быстро вошла в обиход поговорка «Лучше три французских кампании, чем одна русская». «Здесь нам недоставало удобных французских кроватей и поражало однообразие местности». «Перспективы оказаться в Ленинграде обернулись бесконечным сидением в пронумерованных окопах».
Высокие потери вермахта, отсутствие зимнего обмундирования и неподготовленность немецкой техники к боевым действиям в условиях русской зимы постепенно позволили перехватить инициативу советским войскам. За трехнедельный период с 15 ноября по 5 декабря 1941 года русские ВВС совершили 15 840 боевых вылетов, тогда как люфтваффе лишь 3500, что еще больше деморализовало противника.
В танковых войсках ситуация была аналогичной: подполковник Грампе из штаба 1-й танковой дивизии докладывал о том, что его танки вследствие низких температур (минус 35 градусов) оказались небоеготовы. «Даже башни заклинило, оптические приборы покрываются инеем, а пулеметы способны лишь на стрельбу одиночными патронами…» В некоторых подразделениях потери от обморожений достигали 70%.
Йозеф Дек из 71-го артиллерийского полка вспоминает: «Буханки хлеба приходилось рубить топором. Пакеты первой помощи окаменели, бензин замерзал, оптика выходила из строя, и руки прилипали к металлу. На морозе раненые погибали уже несколько минут спустя. Нескольким счастливчикам удалось обзавестись русским обмундированием, снятым с отогретых ими трупов».
Ефрейтор Фриц Зигель в своем письме домой от 6 декабря писал: «Боже мой, что же эти русские задумали сделать с нами? Хорошо бы, если бы там наверху хотя бы прислушались к нам, иначе всем нам здесь придется подохнуть».

Если завтра война


плакат 1942 года

По данным опроса «Левада-Центра если бы сейчас, как в 1941 году, внезапно началась война, то на защиту Родины встало бы большинство граждан РФ. Из них на фронт по призыву пошли бы 23% респондентов, добровольцами – 21% опрошенных. Еще 26% заявили, что не подлежали бы призыву, 20% не смогли ответить на этот вопрос. И только каждый десятый (10%) постарался бы сбежать из России в другую страну.